Троекурово

Местные жители считают с гордостью, что село получило название от пушкинского старинного русского барина Кирилы Петровича Троекурова из романа «Дубровский». Но литературный персонаж не имел никакого отношения к подмосковному селу: оно называется от фамилии бояр Троекуровых, происходивших от князя Ростислава Смоленского, родоначальника многих известных русских знатных фамилий – князей Вяземских, Шаховских, Прозоровских, Бельских и др. Один из князей Ростовских – Михаил Львович – имел прозвище Троекур и стал основателем фамилии Троекуровых. Пер-вый владелец села из этой фамилии, князь Иван Федорович, был женат на сестре Федора Романова (позднее патриарха Филарета). Из Троекуровых наиболее известны боярин Иван Борисович и сын его Борис. Иван Борисович находился в гуще событий, связанных с борьбой за трон между Софьей и Петром: он был послан Софьей в Троицу уговорить Петра, скрывшегося за монастырскими стенами, вернуться в Москву. Посол, однако, вместо того чтобы выполнить поручение, остался в Троицком монастыре и был, в свою очередь, послан самим Петром к Софье, когда она отправилась к Троице, с требованием, чтобы она вернулась в Москву; в противном же случае, как объявил Троекуров, с ней поступят «нечестно». Сын его боярин Борис Иванович Троекуров стал главой важного Стрелецкого приказа; именно он выстроил в самом центре Москвы, недалеко от Кремля, роскошные каменные палаты, сохранившиеся до нашего времени во дворе нынешнего мрачноватого здания Думы на Охотном ряду.

В селе Троекурове церковь была выстроена князем Иваном Федоровичем. Она была освящена в память св. Николая Чудотворца, отчего село иногда прозывалось просто Никольским, а до того оно называлось, как можно предположить, по красоте местоположения, Хорошевым и часто именовалось Троекуровым-Хорошевым.

Церковь с придельным храмом Алексия митрополита построена в 1699 г. Здание очень своеобразно и не имеет аналогов нигде более – необычны большие арки, из которых как бы вырастает широкий приземистый барабан, завершенный куполом с люкарнами; большие и несколько грубоватые картуши и капители, очевидно, остались незаконченными. Колокольня, как обычно, более поздняя – она построена в 1745 г.

В церкви много лет находилось хранилище кинолент «Совэкспортфильма», и земля вокруг здания была буквально усеяна обрезками старых и ненужных кинолент; в 1991 г. церковь передана общине верующих.

У Троекуровых село находилось почти до середины XVIII в., когда им владеет последний из рода князь Алексей Иванович, а в 1761 г. оно числится за генерал-аншефом Н.Ф. Соковниным, участником суда над пресловутым Бироном, потом попадает к его падчерице Е.А. Салтыковой, от нее к графу Сергею Владимировичу Салтыкову, который через год уступает Троекурово-Хорошево светлейшему князю Г.А. Потемкину-Таврическому, а от него почти на сто лет Троекурово переходит к Зубовым.

Первым владельцем из этого рода был Александр Николаевич Зубов, отец двух братьев Зубовых – знаменитого Платона, последнего фаворита Екатерины II, и Николая, получившего высокий придворный чин обер-шталмейстера, к которому и перешло Троекурово после отца и матери Елизаветы Васильевны, урожденной Вороновой. Потом село значилось за его женой Натальей Александровной, урожденной Суворовой, княгиней Италийской, которую знаменитый ее отец звал не иначе, как «моя любезная Наташа Суворочка». Она вышла замуж за брата всемогущего фаворита двадцати лет, в 1796 г., но через девять лет осталась вдовой с шестью детьми, посвятив оставшуюся жизнь их воспитанию. Летним временем она обычно жила в троекуровском доме. Скончалась Н.А. Зубова в 1844 г., 69 лет, и село перешло к ее сыну графу Александру Николаевичу Зубову.

Напротив церкви, немного на пригорке,– Троекуровское кладбище, где похоронен известный писатель, репрессированный в годы сталинщины, В.Т. Шаламов, автор таких значительных произведений, как «Колымские рассказы», и нескольких сборников стихотворений. Троекурово известно памятью о своем жильце, мечтавшим найти себе здесь тихий уголок. Иван Иванович Лажечников, первый опыт которого в историческом романе приветствовала вся читающая Россия, под конец жизни после выхода в отставку решил обосноваться поближе к Москве. Летом 1860 г. он присмотрел на берегу Сетуни участок, площадью более 14 десятин (около 16 га), заплатив за него 1875 рублей, на котором стал строить деревянный дом по своему вкусу. «Писатель сам составил план дома, который он выстроил из могучих сосновых бревен с высоким и светлым мезонином. Внутри буквально все было предусмотрено Лажечниковым, указания простирались до последней заслонки»,– свидетельствовал современник.

В Троекурове Лажечников написал свою биографию, роман «Немного лет назад», основанный на фактах его жизни, и трагедию «Опричник». Он недолго прожил в Троекурове – уже в 1862 г. Лажечников продал дом и переехал в Москву, где и скончался в 1869 г.

Дом его приобрел врач С.И. Бояркин, и уже перед революцией, как писал посетивший дом автор статьи в журнале «Исторический вестник», на нем «замечался разрушительный осадок времени». С 1923 г. в бывшей усадьбе поместился колхоз, в конце 1920-х гг. сохранялись каменный арочный мост и несколько прудов, а дом, находившийся несколько левее церкви, поближе к реке Сетуни, еще простоял до начала 1970-х гг.

Еще одно известное имя должно быть упомянуто в рассказе об этих местах – Дмитрий Александрович Ровинский, юрист, после освобождения крестьян активно работавший в новой судебной системе. Назначенный в 29 лет московским губернским прокурором, он имел и большую самостоятельность, и большие права, которые использовал для искоренения злоупотреблений. Ровинский прославился своими огромными коллекциями гравюр и русских народных лубков, на основе которых опубликовал несколько книг, которые до сих пор сохраняют научное значение. В молодости Ровинский вместе со своим другом И.Е. Забелиным, впоследствии знаменитым историком, много путешествовал по Подмосковью. Забелин вспоминал, как они часто останавливались в молодом леске у речки Сетуни, недалеко от Троекурова, рассуждая, «как бы хорошо на этом месте сесть на землю, устроить дачу». Много лет спустя Ровинский действительно обосновался там, купив большой участок и построив «превосходнейшую дачу». Он засеял поля рожью и овсом, выкопал пруды, построил в парке гроты, фонтаны, высадил розы. Каждое лето Ровинский проводил несколько месяцев здесь.

Он умер, простудившись после операции камнесечения, проведенной за границей. Тело его было перевезено в Москву, отпето в церкви св. Василия Кесарийского на Тверской-Ямской и похоронено у его любимой церкви Спаса на Сетуни, «которая,– по словам его друга И.Е. Забелина,– всегда виднелась и красовалась посреди окружающей ее лесной растительности».

Дача Ровинского была оставлена брату, а после его смерти – Московскому университету для продажи и выдачи из вырученной суммы премии «за лучшее научное, а не чисто литературное, сочинение для народного употребления».

На даче часто отдыхал его друг писатель Николай Дмитриевич Ахшарумов, известный во второй половине XIX в. своими романами (в частности, «Мудреное дело», «Чужое имя», «Игрок», «Блудный сын»), переводами, замечательными переложениями русских народных сказок и критическими статьями, в которых он протестовал против тенденциозности реализма и выступал за чистое искусство. Он скоропостижно умер на даче Ровинского и был также похоронен у Спасской церкви.

Еще одна памятная могила у Спасской церкви – одного из братьев Сабашниковых, Сергея. Летом 1905 г. у себя на квартире был тяжело ранен Сергей Сабашников, основавший с братом Михаилом известное издательство. На него покушался психически неуравновешенный человек, разорившийся из-за банкротства третьего брата Сабашникова, Федора. Промучившись почти четыре года, перенеся несколько операций, Сергей Сабашников умер 22 марта 1909 г. По словам его старшего брата Михаила, «Сережа был самым значительным членом нашей семьи и по природным дарованиям, и по подготовленности своей к жизненной деятельности, даром, что он был самый младший. Быть может, именно благодаря этому». Надгробный памятник ему был исполнен скульптором Н.А. Андреевым. «Сережино надгробие ему удалось, и все находили барельеф передающим черты брата»,– вспоминал Михаил Сабашников. Теперь этого памятника не увидишь, в лихое советское время он исчез.

У церкви были похоронены и другие Сабашниковы – глава семьи Василий Никитич, его супруга Серафима Савватьевна и их маленький сын.

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".