Троицкое-Голенищево

Даром мысленного оживления прошлого и знанием его надо обладать, чтобы представить в нынешнем неприглядном пейзаже у Мосфильмовской улицы раскинувшееся у слияния двух рек – Сетуни и Раменки – богатое патриаршее село Троицкое-Голенищево. Первая часть названия обязана церкви, а вторая, по предположению историка К.А. Аверьянова, тому, что в этих местах находились владения Голенищевых, один из которых мог уступить село церкви, а по предположению И.Е. Забелина, село было отдано митрополиту из великокняжеских владений.

От села осталась лишь одна церковь, к которой можно пройти внутрь квартала у дома №18 на Мосфильмовской улице. Там в глубине застройки стоит церковь во имя Живоначальной Троицы – стройная и несколько суровая композиция, основой которой являются шатровые формы двух приделов и главной церкви, воздвигнутой на массивном основании четверика храма с закомарами. Этим формам вторит и шатровое завершение более поздней колокольни. Интересно отметить, что эта церковь была построена уже после повсеместного запрещения патриархами постройки кем-либо шатровых церквей, но такие строгости не касались самих патриархов...

Село прославилось в русской истории потому, что окрестности его были пребыванием одного из самых образованных наших иерархов, митрополита Киприана. Он любил эти места, недальние от Москвы и в то же время спокойные, покрытые густыми вековыми лесами. Точное место киприановского загородного дворца неизвестно: в одном из летописных известий есть упоминание о том, что он стоял у впадения Раменки в Сетунь, т.е. примерно там, где ныне поставлена часовня при жилом комплексе Золотые Ключи, который находится у автобусной остановки Каменная плотина на Минской улице. Археологи обнаружили тут керамику, датируемую XV столетием. Название остановки – все, что осталось от деревни под тем же названием. Известие о том, что именно тут, в Старом Голенищеве, жил митрополит Киприан, содержится в «Степенной книге»: «Пребывая в своем селе на Голенищеве, между двою рек, Сетуни и Раменки, идеже тогда бысть оба полы лес мног, иде же есть церковь Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустаго, и пребывая тамо, Епископы и Попы ставляше, иде же и книги своею рукою писаше, и многая святыя книги с Греческого языка на Русский язык преложи, и довольно писания в пользе нам остави, и великого Чудотоворца Митрополита всея Русии, житие написа».

Тут он построил себе дворец и свою «опришную» церковь рядом, освященную во имя Трех Святителей. Тут он «любяше часто приходити и пребывати на деле книжного писания, бе бо место тихо и безмятежно и покойно». Здесь митрополит Киприан, «разболевся лежаше неколико дний дондеже и преставися». Скончался он 16 сентября 1406 г., отсюда его провожал «честно весь град» до Успенского собора в Кремле, где его и похоронили. За четыре дня до смерти Киприан написал грамоту «незнаему и страннолепну, яко прощальную», которую он просил прочесть при своем погребении: «...еже и бысть, еже и сотвори преподобный епископ Григорей ростовский, прочте ю велегласно, да услышена будет во уши всего народа. И внегда чтущу ему, тогда многих от предстоящих на слезы подвижа». В своем предсмертном письме Киприан сказал, что основное в жизни – оставить после себя духовное наследие в научение людям. По замечанию Забелина, «вот еще когда была глубоко понята (на берегах глухой Сетуни) истинная цена науки и литературы, истинная цена человеческой духовной деятельности».

И после митрополита Киприана эти места продолжали быть любимой резиденцией московских митрополитов. В 1474 г. митрополит Геронтий выстроил ниже по реке Сетуни церковь Иоанна Богослова и дворы «срядил и с теремы и с погребы и с ледники и с всем устроил». Есть сведения, что именно здесь, на месте позднейшего села Троицкое-Голенищево, был сад митрополита Алексея; по словам Забелина, «подле сада, без сомнения, стояли его клети и кельи».

Известно, что в начале XVII в. тут уже находится деревянная Троицкая церковь с приделом св. Леонтия Чудотворца, которую вскоре заменило каменное здание, существующее без особых изменений и поныне: «Марта 19 (1644 г. – Авт.) по указу великого господина св. Иосифа патриарха Московского и всея Русии и по уговорной записи, какова взята в нынешнем во 152 г. марта в 16 день каменных дел подмастерью Лариону Михайлову Ушакову, что ему делать в патриаршем селе Троицком каменную церковь с пределы, а делать та церковь по указу и по чертежу государева подмастерья Антона Костянтинова, каков он свое чертеж дал к тому церковному строенью, по уговору на каменное церковное дело первых задаточных денег сто рублев дано».

В это время в селе числилось «дворов крестьянских, да новопривозных крестьянских и бобыльских 44 двора, которые перевезены были из домовых патриарших вотчин Костромского уезда из села Вятцкого и из Владимирского и Белозерского уездов». Тут же стоял и патриарший дворец, описание которого сохранилось лишь от середины XVIII в.: «Дворец, а в нем палаты каменные в один апартамент (т.е. этаж. – Авт.) с крыльцом прихожим на четырех столбах, с шатровым верхом, палата скатертная черная, палата дворянская, палата певческая с каменным крыльцом, палата посельская, где живал посельский старец, казенная палата. Над вышеписанными палатами каменными покои деревянные в два апартамента, были кельи святейшего патриарха». Дворец был огорожен каменными стенами с башнями.

Рядом с патриаршим дворцом находились два сада «с яблонями, с грушами, с вишнями, с смородиной красной, двор конюшенной и скотной». В селе часто живали патриархи, оно было вотчиной патриарха Филарета, отца царя Михаила, сюда нередко шли «походом» в гости к патриарху царь Алексей Михайлович с Воробьевых гор к обедне.

После уничтожения патриаршества село было отдано в казну и подарено Петром II своему фавориту князю Ивану Долгорукому, но после неожиданной смерти Петра время Долгоруких кончилось, они потеряли все, что имели: имущество их было конфисковано, Троицкое-Голенищево опять перешло в казну, и с того времени им управляло ведомство Коллегии экономии. Во время чумной эпидемии в 1771 г. в уже старом патриаршем дворце устроили карантин «для сумнительных людей, кои в одном покое с зараженными жили» – это было последнее упоминание о дворце. В XVIII в. в село проникают фабрики: в середине века Синод отдает часть земли содержателю полотняной фабрики Василию Чурашеву, «доколе на той земле фабрика стоять будет». Судя по исповедным церковным ведомостям в 1800 г., у села находился кирпичный завод, называвшийся Усть-Сетунским, и вокруг него Устинская слободка. Однако большее развитие фабрики получили в следующем веке: так, в 1876 г. тут числилось суконноотделочное заведение Досужева и кирпичный завод Байдаковых.

Перед реформой 1861 г. жители Троицкого-Голенищева были государственными крестьянами, и после реформы село быстро развивалось: по сведениям 1852 г., в селе насчитывалось 90 дворов с 340 жителями, в 1869 г. – 131 дом с 700 жителями. Справочник конца XIX в. сообщал, что обитатели Троице-Голенищевской волости занимались самыми разнообразными промыслами: тут было и садоводство, и огородничество, и мастерство слесарное, кузнечное, каретное и полотерное. Среди них было и такое специфическое занятие как «барышничество упряжных непородистых лошадей», связанное еще и с тем, что многие работали в Москве как легковые извозчики. По сведениям 1926 г., это было крупное село, насчитывавшее 1296 жителей.

Теперь и следов села не осталось, только церковь, окруженная новыми строениями, еще свидетельствует о старине. Над четвериком храма, украшенном килевидными кокошниками, возвышается на низком восьмерике стройной восьмигранный шатер, которому вторят меньшие шатры двух приделов – митрополита Московского Ионы и патриарха Тихона с новомучениками (ранее мученика Агапия). Любопытно то, что возведение шатровых завершений церквей повсюду не дозволялось патриархами, но сами себе они спокойно разрешали то, что запрещали другим... Существующая высокая шатровая колокольня отнюдь не XVII столетия, как можно было бы подумать, но искусная стилизация, датируемая 1860 г. Церковь закрыли во второй половине 1930-х гг. и использовали под склад. Иконостас отсюда вывезли – его взяли для съемок фильма Эйзенштейна «Иван Грозный», после чего он бесследно пропал. Фильм снимали на студии «Мосфильм», которую начали строить в 1927 г. на месте слободы Потылихи, или, как ее иногда называли, Батылихи. В 1869 г. в ней насчитывалось 17 дворов с 73 жителями, тогда же в ней работали три фабрики – две платочные и одна суконная.

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".