Куркино

Это название села, которое вошло в состав Москвы в 1985 г. но только сравнительно недавно стало известно как один из районов массовой застройки, значительно более цивилизованной по сравнению с застройкой 1960–1980-х гг.

Первые документальные известия о Куркине, называвшемся Константиновским или Курицыным, относятся только к началу XVII в., когда одна половина его принадлежала княгине Анне Ивановне Одоевской, а вторая Плакиде Мякинину; затем они перешли соответственно князю Ивану Ивановичу Одоевскому и Тимофею Боборыкину. По описи 1623 г. там считались «два двора вотчинниковых, в них живут деловые люди, два двора людских, в них два человека, 8 дворов крестьянских и 5 дворов бобыльских...». Обе части купил близкий ко двору (он был женат на сестре царицы) боярин князь Алексей Иванович Воротынский, передавший сельцо сыну Ивану, который владел им с 1646 по 1678 г. Князь Иван приходился двоюродным братом царю Алексею Михайловичу и много раз участвовал в военных походах. Его большие московские палаты стояли на Никольской улице, которые, как и все его имущество, перешли к его вдове Настасье Львовне. Ввиду отсутствия наследников московский дом после ее кончины в декабре 1698 г. пошел в аукционную продажу (его в 1700 г. купил Б.П. Шереметев), но Куркино Настасья Львовна еще раньше – в 1691 г. – отдала патриарху Адриану, который ей в ответ «изволил послать во благословение... образ Пречистыя Богородицы Владимирския оклад и венец...». С тех пор Куркино считалось церковным владением.

Примерно в 1678 г. в селе построили каменную церковь, освященную во имя иконы Владимирской Богоматери, в то время в селе состояло «14 дворов крестьянских, в них 48 человек, и 22 двора конюхов, псарей, мокольников и истопников».

В 1743 г. священник сообщал, что в церкви «кровля и протчее здание обветшало и служить невозможно», и выражал беспокойство, чтобы «народу не воспоследовалось бы какия гибели». Только почти через 20 лет нашли деньги и начали покупать материалы для ремонта – надо думать, что никаких «гибелей» в церкви до того не случилось.

Село Куркино и «тянувшая» к нему соседняя деревня Барашково в 1704 г. насчитывали 36 дворов, в которых жили 115 крестьян.

После отобрания у церкви земельных владений крестьяне Куркина перешли под управление Коллегии экономии (они так и назывались – «экономические крестьяне»). В конце XIX и. в Куркино насчитывалось 39 семей, 306 человек, в начале XX в. в селе была церковно-приходская школа, две чайных и две мелочных лавки.

В советское время образовали колхоз, названный в послевоенное время «Путь к коммунизму». В 1985 г. Куркино включили в состав Москвы.

Южнее села находилась усадьба знаменитого врача и основоположника (вместе с С.П. Боткиным) русской клинической терапии Григория Антоновича Захарьина, пожалуй, самого известного врача в Москве. Практика приносила ему большие средства, на которые он смог приобрести крупную недвижимость, и он щедро жертвовал Московскому университету, профессором которого состоял, и нуждающимся студентам.

В 1872 г. Захарьин купил у куркинских крестьян 30 десятин земли и построил дом, куда часто приезжал. Он живо интересовался жизнью куркинских крестьян, помогал бедным и делал взносы в церковь. Надо сказать, что куркинские крестьяне сторицей оплатили заботу о них Захарьиных. Когда новые хозяева России в 1919 г. арестовали и сослали дочь Г.А. Захарьина, то только благодаря коллективной просьбе крестьян ее удалось освободить и вернуть в Москву. Захарьины внесли большой вклад в строительство московского Музея изящных искусств, что заслуживает более подробного рассказа. Основатель музея И.В. Цветаев, постоянной и непростой заботой которого было добывание денег на музей, писал, как ему отказал «бедный человек» миллионер П.И. Харитоненко, обещавший оплатить копию античных скульптур, и как вызвалась это сделать вдова Захарьина Екатерина Петровна. Она и сын Сергей Григорьевич оплатили стоимость всех скульптур Парфенона. «Обращался к Сергею Морозову, Сергею Щукину, к Харитоненко,– писал Цветаев,– никто не подумал помочь. Нашел, наконец, Захарьина...»

И.В. Цветаев передает, как дочь Захарьина Александра Григорьевна, «сильно увлеченная идеей Музея, неожиданно для меня, предложила мне принять 25 тысяч рублей из ее личного капитала, которым она начинает владеть лишь первые дни. Я, разумеется, отказался ввиду необдуманности такого предложения. Тогда она вместе с матерью стали просить меня принять стоимость скульптур эпохи Возрождения с Микеланджело в центре. За этот дар я горячо поблагодарил, т.к. он не превысит 5000 рублей».

Г.А. Захарьин скончался в 1895 г. и был похоронен в фамильной часовне у Владимирской церкви, воздвигнутой дочерью А.Г. Подгорецкой по проекту архитектора Ф.О. Шехтеля. Над входом под мозаикой надпись: «Г.А. Захарьин»; там же похоронены его жена и сын .

Сергей Григорьевич Захарьин умер молодым от страшной тогда, да и сейчас серьезной болезни – туберкулеза. В его память мать и сестра решили построить туберкулезную больницу. Они обратились к известному художнику И.Э. Грабарю, с просьбой создать «не просто среднюю земскую больницу, а больницу-памятник, больницу-мавзолей, больницу-произведение искусства». Недюжинные знания истории архитектуры и увлеченность искусством Возрождения позволили Грабарю создать одно из самых интересных зданий начала XX в. в Подмосковье. Строительство продолжалось с 1909 по 1914 г. и почти сразу же здание было занято военным госпиталем, а в советское время здесь поместился детский туберкулезный санаторий. Именно в «Захарьине» происходит становление как хирурга и ученого С.С. Юдина, работавшего здесь в 1920-е гг. Консультантом в санатории был один из основоположников детской хирургии Т.П. Краснобаев, тут лечил видный фтизиатр В.А. Воробьев.

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".