Москва

Алексеевская слобода

Первые документальные сведения об Алексеевской слободе относятся в основном к началу XVII в., когда она уже существовала и имела в своем составе 65 дворов. Это была черная тяглая слобода, т.е. слобода, обязанная нести государственные повинности, названная, вполне вероятно, по церкви во имя св. Алексия, московского митрополита, восстанавливаемое здание которой стоит на соседней Николоямской улице.

Две улицы пересекали слободу - Большая и Малая Алексеевские (их переименовали в 1919 и 1922 г. в Коммунистические). Большая называется Коммунистической и сейчас. Вторая же недавно получила название улицы Станиславского, что довольно неудобно, т.к. улица под таким названием недавно находилась в центре города (ей было возвращено старое имя Леонтьевский переулок).

Большая Алексеевская была основной улицей слободы. Писатель П.И. Богатырев, рассказывая о Москве 1880-1890-х гг., даже назвал эту улицу одной из самых лучших в Москве: «Большая Алексеевская улица в своем начале очень широка, почти шире всех улиц Москвы. Богатые, великолепные дома делают ее прекрасной улицей. Здесь нет ни лавок, ни магазинов, ни мастерских, кроме двух золотоканительных фабрик Алексеевых».

Большая Алексеевская издавна была спокойной, типично московской купеческой улицей, и такой характер она сохранила даже в начале XX в. - в одном из путеводителей писали тогда, что улица застроена «роскошными домами именитого купечества и лишена совершенно делового движения», но сейчас движение на ней стало значительно интенсивнее.

Эта улица - одна из немногих в Москве, где сохранилось так много прекрасных зданий конца XVIII - начала XIX в. - один за Другим они выстроились по красной линии, являя собою зрелище редкое и необыкновенное.

У Таганской площади первые дома на Большой Алексеевской (№1, 3 и 5) - небогатые обывательские строения, с весьма сдержанной декоративной обработкой пилястрами, рустом, замковыми камнями. На первом этаже находились помещения для лавок с почти обязательным проездом во двор, как правило, заполненный хозяйственными постройками - складами, амбарами, конюшнями, а на втором - квартиры, снимавшиеся ремесленниками, мелкими чиновниками, разночинцами, приезжими купцами.

Подальше от толчеи и беспокойства торговой Таганской площади выстроили себе представительные дома владельцы побогаче. Дом №9, с пилястровым портиком, выстроен, вероятно, в начале XIX в. В середине века им владел потомственный почетный гражданин Алексей Полежаев, чей вензель «АП» изображен в картуше наверху над карнизом, окруженный забавными ангелочками, изображенными в этаком задиристом виде - подбоченившись и ручки уперши в бока; ангелочки выглядывают из-за переплетения листьев в капителях. В конце века владельцем этого особняка был Павел Васильевич Зубов, родившийся в семье В.П. и К.А. Зубовых, владельцев красильной фабрики в городе Александрове, увлекавшийся коллекционированием. Его собранию мусульманских и сасанидских монет позавидовал бы Британский музей, а библиотека по востоковедению была одной из самых полных в России. В гостеприимный особняк на Большой Алексеевской часто приходили известные ученые, артисты, литераторы. Здесь хранилась и прекрасная коллекция музыкальных инструментов (в которой были скрипки Амати и Страдивари), собранная еще его отцом Василием Павловичем Зубовым и конфискованная коммунистами.

Коллекцию монет сам владелец передал в Исторический музей, а вот ценнейшая библиотека оказалась распыленной по многим хранилищам и по сути дела перестала существовать. Могила П.В. Зубова в Андрониковом монастыре, как и все захоронения там, была уничтожена, но в последнее время удалось найти ее место, и там был поставлен крест с надписью: «Павел Васильевич Зубов 1862-1921». На мемориальной доске есть и имя сына П.В. Зубова Василия Павловича, философа, историка науки и искусства, автора более двухсот научных трудов.

Дом №11, владелицей которого в начале XIX в. была купчиха Пелагея Кононова,- также один из образцов жилых домов, строившихся в Москве богатыми купцами, но он сохранился хуже, чем другие, ибо был несколько раз перестроен. Однако в интерьере его еще остались следы первоначальной декоративной обработки.

В Алексеевской слободе жили весьма состоятельные купцы, такие как, например, владелец обширного дома (№13) «мануфактур-советник, почетный гражданин и кавалер» Иван Алексеевич Колесов, бывший в 1834-1837 гг. городским головой Москвы. Ему, конечно, хотелось иметь дом не хуже, а лучше многих других его соседей: он приобрел большой дом, почти дворец, принадлежавший в 1806 г. холмогорскому купцу Д.В. Сорокину, и еще увеличил его. Колесов соединил главный дом с флигелями так, что по улице выстроился длинный фронт зданий, в котором можно угадать три обычных компонента городской усадьбы - главный дом посередине и два флигеля справа и слева от него.

В этом месте от Большой Алексеевской отходит Малая, и на углу двух улиц возвышается один из самых красивых московских храмов св. Мартина Исповедника, величественное сооружение, в котором выделяются прекрасно прорисованные колонные портики, крупная ротонда, увенчанная куполом и бельведером, и стройный силуэт высокой изящной колокольни. Колонны - основная декоративная форма, применяемая архитектором: они то распределяются равномерно, то стягиваются в пучки, группируясь в компактные группы. В одной из публикаций об этой церкви говорилось, что образцом ее послужил лондонский собор св. Павла, гениальное произведение Кристофера Рена. Сходства, однако, тут мало; его можно усмотреть разве что в общей композиции купола, который у Рена, правда, значительно мощнее, и в щедром использовании пучков колонн как декоративного приема.

Чтобы соорудить такой храм, надо было обладать немалым капиталом. Его имел московский купец первой гильдии Василий Яковлевич Жигарев, городской голова в 1795-1798 гг., живший в приходе этой церкви. Он не только оплатил возведение огромного храма, но и пригласил прекрасного архитектора - Родиона Родионовича Казакова, составившего проект здания. Разрешение на строительство было получено в январе 1792 г., два придельных храма - иконы Грузинской Богоматери и св. Мартина Исповедника - были освящены в 1800 г., а главный Вознесенский престол - в 1806 г. Роспись храма выполнял кто-то из известных декораторов Скотти: либо Карло, либо его племянник и ученик Пьетро (есть также указания на авторство живописца Клауди).

Почему же один из престолов храма был посвящен святому, не очень известному на Руси,- папе римскому Мартину, изгнанному в Тавриду, где он и скончался в 655 г.? Дело в том, что день поминовения этого святого празднуется 14 апреля - в этот день в 1502 году венчался на царство Василий III, и возможно, что первоначальное построение храма связано именно с этим событием.

В 1927 г. церковь закрыли, но недавно в ней возобновились службы. В храме поставлен иконостас, который был когда-то в церкви, но после ее закрытия хранился в Музее архитектуры.

На последнем участке Большой Алексеевской находятся еще два значительных здания, о которых необходимо рассказать. Одно из них (№27) выстроено, очевидно, в конце 1820-х - начале 1830-х годов купцами Василием и Павлом Челышевыми (последний был строителем известных в Москве гостиницы и бань на Театральной площади - «Челышей»), которые заменили небольшой деревянный дом, стоявший в глубине участка в окружении двух флигелей, на каменный особняк, соединенный двухэтажными переходами с ними. За домом шел обширный сад, выходивший на Малую Алексеевскую.

К 1835 г. эта усадьба перешла к Алексеевым, которые к тому времени стали самыми крупными землевладельцами здесь. «Говорят, от этих Алексеевых и улица получила свое название,- рассказывал П.И. Богатырев. - Алексеевы были очень богаты, так что их богатство вошло в поговорку. «Ведь ты не Алексеев»,- говорил кто-нибудь другому, желая упрекнуть его в заносчивости. Тогда достоинство людей мерилось еще богатством. Сам Алексеев в юмористических журналах фигурировал тогда под именем Петра Рогожского (здесь говорится о Петре Семеновиче Алексееве) и был, говорят, оригинальный старик. Дом у него был как дворец, с золоченым балконом; внутри роскошь была царская».

В 1847 г. Алексеевы расширили флигели, соединив их с главным домом так, что образовался единый объем. В 1879 г. усадьбой владел один из членов большой и состоятельной семьи текстильных фабрикантов Абрам Абрамович Морозов, переделавший главный дом по проекту М.Н. Чичагова. В это время декор дома изменился, стал более пышным, приобретя черты необарокко. Тому же архитектору принадлежит и прекрасного рисунка ограда. В 1886 г. сюда, в левый флигель усадьбы, переместили ремесленное училище, учрежденное на средства Варвары Алексеевны Морозовой.

После того как от Морозовых вся усадьба перешла во владение Московского купеческого общества, ремесленное училище перевели на Покровскую улицу (дом №14), а здесь решили устроить бесплатные квартиры, для чего архитектор С.У. Соловьев в 1905 г. надстроил флигели и застроил сад четырехэтажными корпусами. Хотя основное здание оставили нетронутым, но получилось так, что прекрасный дворец оказался немилосердно зажатым внутри узкого двора и окруженным неприглядными зданиями вплотную к нему.

Еще один дворец находится рядом (№29); он принадлежал тому самому Жигареву, который был храмоздателем церкви св. Мартина. У него было большое владение, приобретенное им в 1788 г., в глубине которого стоял каменный дом, окруженный также каменными жилыми и хозяйственными строениями. После 1812 г. весь участок также перешел к Алексеевым, и в середине XIX в. им владел фабрикант Семен Владимирович Алексеев. По воспоминаниям одного из семьи Алексеевых, главный дом усадьбы не очень отличался от богатых дворянских особняков: «Помню замечательный парадный вход и низкий вестибюль с двойным рядом белых колонн, за которыми поднималась помпезная парадная лестница. С лестницы был вход в аванзал, отделенный от зала аркой с колоннами... Все стены и потолки были украшены стильной лепниной. Особенно красив был узорчатый, почти мозаичный паркет. Весь стиль этих комнат и, в особенности, вестибюль мог бы служить декорацией для «Горе от ума» Грибоедова».

В этом доме 5 января 1863 г. родился будущий реформатор театра Константин Алексеев (Станиславский), но жил он здесь совсем немного: вскоре его родители переехали в приобретенный ими дом у Красных ворот, а «рогожский дом» в 1867 г. пожертвовали для устройства в нем Николаевского дома призрения вдов и сирот московского купечества (его перестраивал архитектор А.С. Каминский).

На правой стороне Большой Алексеевской улицы находится ухоженный особняк (№2а) с тонко прорисованным классическим фасадом, отмеченным по центру ионическим пилястровым портиком и оживленным лепными украшениями. Построен он был «переяславской купеческой женой» Прасковьей Крестовниковой между 1820 и 1823 г. Соседний дом №4 выстроен купцом Петром Степановым, вероятно, в начале XIX в., а в середине века им владели братья С.В. и К.В. Морозовы, которые в 1882 г. построили позади него двухэтажное здание, нижний этаж которого использовался под службы, а верхний - для конторы. Наверху дома вензель «СМ», поддерживаемый ангелочками, который относится к одному из владельцев дома - Сергею Морозову, внуку основателя династии Морозовых. В 1911 г. дом был приобретен Городским попечительством о бедных Рогожской части. Теперь тут постоянное представительство Кабардино-Балкарской республики.

Дом №6, существенно переделанный в 1865 г. по новой моде «женой купеческого сына» Ф.Е. Зиминой, скрывает стены классического особняка начала XIX в. Сосед его (№8) - с небольшим пилястровым портиком и ионическими капителями колонн - выстроен примерно в то же время (в 1817 г. его владельцем был купец С.Ф. Калашников). От ограды усадьбы остались часть ее с калиткой и резным украшением и дворовые столбы. Дом под №10 относится, вероятно, к началу XIX в.; а самое большое здание на этой улице - №14 - выстроено по проекту архитектора в. Морозова в 1914 г. Это вестник нового строительства, охватившего Москву в начале XX столетия - пятиэтажный доходный дом, отделанный кремовой, зеленой и темно-лиловой керамикой. У его парадного входа сохранились даже два льва, сторожащие вход.

Еще несколько купеческих особняков стоят на правой стороне Большой Алексеевской - это №16 (1873 г., архитектор И. Левицкий), №20 с ионическим портиком, построенный в 1796 г. для народного училища, и №28, который в основе своей, вероятно, сохранился с конца XVIII в.: тогда у купца А.В. Шошина стоял по улице одноэтажный каменный дом, надстроенный в 1830-е гг. еще одним этажом.

Некоторые владельцы на этой тихой купеческой улице старались не отставать от новомодных веяний, приспосабливая к своим старым особнякам «современные» украшения. Вот так отделан классическими деталями - барельефами на античные темы и разного рода гирляндами - дом №30 (строение 1) владельцем его купцом И.П. Кузнецовым в 1911 г., когда моден был неоампир, а вот дом №36, щедро украшенный декором в стиле модерн купцом В.В. Щукиным в 1911 г.

Ответвляющаяся от Большой Алексеевской Малая, или теперь улица Станиславского, проходит почти параллельно ей. Довольно долгое время тут не было плотной городской застройки; на правую ее сторону выходят задние границы владений по Большой Алексеевской, а на левой - самое большое на этой улице строение, следующее изгибу улицы,- здание золотоканительной фабрики, устроенной Алексеевыми.

Славная в истории Москвы династия Алексеевых дала нескольких известных деятелей в предпринимательстве, общественной деятельности, искусстве.

Основателем ее был ярославский крестьянин Алексей сын Петров, торговавший, по семейному преданию, горохом с лотка. Он получил вольную и записался в 1746 г. в купечество. Его старший сын Семен Алексеев в 1785 г. тоже торговал, но уже в Китайгородском серебряном ряду и, будучи энергичным и предприимчивым, основал фабрику «волоченого и плащеного золота и серебра», которая в начале XIX в. стала самой крупной в Москве, выпустив 73 пуда золотой и серебряной проволоки. После 1812 г. Алексеевы обосновались в Алексеевской слободе, купив усадьбу, выходившую на главную улицу (Большая Алексеевская, №29), где открыли фабрику, а в начале 1850-х гг. они перевели ее на Малую Алексеевскую, приобретя большой и почти пустой участок и выстроив на нем несколько фабричных зданий. В 1872 г. на фабрике работало 400 рабочих и годовой оборот ее равнялся 1,1 млн рублей. В начале 1890-х гг., под влиянием технического прогресса на аналогичных предприятиях Западной Европы, Алексеевы начали модернизировать свою фабрику, устанавливать современное оборудование, вводить передовую технологию (в этой работе активно участвовал К.С. Алексеев-Станиславский). В 1905-1912 гг. возвели по красной линии Малой Алексеевской корпус для производства кабеля, где установили алмазные фильеры, бывшие тогда единственными в России.

Конечно же, на алексеевской фабрике работал самодеятельный театр, для которого выстроили специальное здание, организовали хор и оркестр, читальню, вечерние курсы.

На улице Станиславского находится два памятника архитектуры. Один - бывшая купеческая усадьба (№25). Строение с правой стороны участка, расположенное параллельно линии улицы, может датироваться концом XVIII - началом XIX в., т.к. на плане усадьбы купца М.М. Кузминского, снятом в 1804 г., это здание уже было показано. Перпендикулярно к нему архитектор А.С. Каминский в 1864 г. пристраивает двухэтажное строение. В продолжение XIX и в начале XX вв. в усадьбе находится фабричное производство сначала свечное, а потом шерстоткацкое. Второй архитектурный памятник - дом под №10 - построен в начале XIX в.

На углу с Мартыновским переулком - еще одна усадьба, в которой сохранились строения начала XIX в. На плане усадьбы 1816 г., принадлежавшей купцу Н.Г. Коншину, уже были показаны два жилых дома, соединенных переходом и стоявших торцом к Малой Алексеевской улице. Перед переворотом октября 1917 г. усадьба принадлежала купцу из Павловского Посада И.Н. Зимину.

Мартыновский переулок ведет к лабиринту переулков, находящихся между Садовым кольцом и Николоямской улицей. Большой и Малый Дровяные названы по торговле здесь дровами, Известковый - по торговле известью (на плане переулка 1795 г. показан большой участок князя А.М. Голицына, на котором изображены несколько амбаров, «где торгуют известью»), Пестовский - по домовладелице 1804 г. коллежской секретарше Акулине Андреевне Пестовой, Грязный, переименованный в 1925 г. в Аристарховский в честь члена Совета рабочих депутатов Рогожско-Симоновского района, и Сивяков - по одному из домовладельцев.

На правой стороне Мартыновского переулка стоят два дома под одним номером 2 - трехэтажный по Мартыновскому и двухэтажный на углу с Большим Дровяным. Оба эти дома относятся к после-пожарной застройке всей местности - они показаны на плане 1816 г. владения купчихи Федосьи Борисовой.

Большой Дровяной переулок выходил непосредственно на Садовую, но со строительством путепровода часть строений по переулку были снесены. Так, во владении №4, принадлежавшем еще с самого начала XIX в. и до 1918 г. купцам Расторгуевым, сохранился только один дом - щедро украшенный - по красной линии переулка, построенный в 1894 г. по проекту архитектора г.А. Кайзера. Дом №8 остался в основе своей с послепожарных времен, а следующий за ним является памятником архитектуры - один из типичных небогатых купеческих особняков, десятками строившихся после пожара 1812 г. по «образцовым» проектам Комиссии строений. Он был выстроен владелицей усадьбы «купеческой женой, Л.И. Шикаловой к 1820 г.

На другой стороне Большого Дровяного переулка еще остался жилой дом (№9) с изящными арочными пилястрами, деревянным вторым этажом и старыми воротными столбами. На углу с Аристарховским переулком - усадьба с флигелем 1884 г. и протяженным главным зданием (№13), которое было выстроено архитектором Э.С. Юдицким в 1894 г. для купчихи Ольги Татарниковой. В его объем архитектор включил особняк, показанный на плане 1821 г. На последнем отрезке Большого Дровяного переулка можно обратить внимание на дом под №17, построенный до 1831 г. мещанином Егором Федоровым, и дом №21, который был одним из самых видных тут особняков - в 1884 г. владелец его первогильдейский купец из города Киржача П.П. Крашенинников подрядил архитектора П.А. Дриттенпрейса надстроить на старом доме купчихи Ольги Кирьяковой 1821 г. третий этаж, переделать фасад и пристроить еще один объем несколько в глубине с левой стороны.

Параллельно Большому Дровяному переулку проходит Пестовский, начинающийся небольшим домиком (№2), построенным, вероятно, в 1817 г. мещанином И.Е. Рубцовым; долгое время в конце XIX в. он принадлежал владельцу большой текстильной фабрики в селе Озеры около Коломны С.П. Моргунову; он в первые годы XX в. купил дом на 1-й Мещанской улице, а домик в Пестовском переулке перешел к его родственнику купцу А.И. Елагину. Далее по той же стороне - также типичный для послепожарного времени купеческий особняк (№10), украшенный наличниками и скромным пилястровым портиком на втором этаже.

В конце XIX - начале XX в. в этих исконных купеческих местах стали появляться вестники нового строительства - большие доходные дома. Так, в Пестовском переулке напротив дома Елагина в 1911 г. домовладелец, крестьянин Владимирской губернии М.Т. Жаров, возводит четырехэтажный дом (№3) со всякими украшениями, среди которых гордо восседает... орел с распростертыми крыльями (архитектор С.М. Жаров). Далее по Пестовскому переулку обращает на себя внимание живописное здание (№9, надстроенное двумя этажами), принадлежавшее Екатерининской пустыни, построенное в 1910 г. по проекту архитектора С.А. Чернавского.

Эти переулки выходят на Николоямскую улицу. В XV в. земли здесь, принадлежавшие Андрониковому монастырю, перешли к Ивану III, устроившему на них свои сады. Часть левого берега реки Яузы в конце XVI в. была занята Греческой слободой, а к 1671 г. тут были поселены стрельцы.

Улица долгое время называлась Ульяновской - по фамилии первого главы советского государства, а ее исконное московское имя обязано церкви св. Николая, «что на Ямах». Она стояла на углу одноименного переулка, примерно на месте дома под №39/43. Название урочища Ямы объясняется тем, что здесь находилась слобода ямщиков (слово «ям» означало почтовую станцию или постоялый двор). Первые известия о церкви относятся к 1642 г., ее главный престол был Троицким, однако более всего она была известна по Никольскому приделу. Каменное здание церкви было построено в 1697 г., но с увеличением прихода она стала тесна, и в 1867-1878 гг. по проекту архитектора Н.И. Финисова ее перестроили заново - построили новую трапезную, а на старом четверике поставили широкий барабан с шатром над ним.

Весной 1929 г. колокольню снесли, а самый храм простоял еще долго: только в 1959 г. разрушили и его. На церковном участке и далее по улице выстроили несколько жилых домов и по той же стороне улицы поставили еще одно стандартное здание (где находится медицинское училище), которые никак не украшают улицу.

Николоямской переулок, на углу которого стояла церковь, спускается к набережной Яузы, к перекинутому через реку Полуярославскому мосту (по фамилии владельца текстильной фабрики И.М. Полуярославцева). В переулке немного интересных зданий - можно только отметить несколько строений на усадьбе под №5, владелицей которой в 1824 г. была мещанка Авдотья Збитнева, которая, возможно, и построила двухэтажный жилой дом по красной линии улицы и флигель справа от него. Такая планировка удерживалась на протяжении почти целого века, пока новый владелец С.С. Зайцев не сделал пристройку к заднему фасаду главного дома и почти в то же время (в 1904 г.) не построил у задней границы участка здание для кондитерской фабрики, еще увеличенное с левой стороны в 1912 г. (архитектор И.И. Благовещенский).

От Николоямского переулка отходит Шелапутинский, названный по владельцу участка на углу него и Николоямской улицы купцу И.А. Шелапутину. Одно время переулок назывался Морозовским - по фамилии основателя знаменитой династии текстильных фабрикантов Саввы Васильевича Морозова, обосновавшегося здесь в 1820-х гг. Тогда он приобрел большой участок рядом с Яузой, на берегу которой стояли «казенные торговые бани». На Яузу с крутого склона холма гордо смотрел его дворец, а позади в нескольких каменных и деревянных зданиях разместилась текстильная фабрика. Она не была особенно большой: на ней в 1846 г. трудились 250 работников, которые вырабатывали тканей па сумму 40 тысяч рублей. В Москве среди бумаготкацких фабрик морозовская занимала восьмое место - далеко позади хлудовской или солодовниковской.

Дом Морозова, датируемый концом 1830 - началом 1840-х гг. (Шелапутинский переулок, 1), представляет собой образец последнего периода развития московского классицизма, очень плодотворного в истории русской архитектуры, давшего всемирно известные памятники. Он очень выразителен своим величественным мощным портиком, а внутри дома сохранились замечательные многоцветные росписи потолков, колонны вестибюля, паркет, резные двери.

Внук и наследник строителя дома, Давид Абрамович Морозов, пожертвовал бывший фабричный участок московскому купеческому обществу для строительства на нем здания богадельни и обеспечил ее капиталом. Богадельня (дом №3) строилась в 1888-1891 гг. по проекту архитектора М.И. Никифорова, он же пристроил с заднего фасада дома старообрядческую молельню (хотя в богадельню принимались отнюдь не только староверы). В советское время здесь находился родильный дом имени К. Цеткин.

На левой стороне Николоямской улицы интересные дома находятся за перекрестком с Шелапутинским переулком; примечательные архитектурные памятники, незаурядные сооружения, относящиеся, по крайней мере к XVIII в., а то и на целый век старше, соседствуют друг с другом по улице почти до ее конца, до церкви св. Сергия, стоящей на Андроньевской площади.

Правый угол Шелапутинского переулка занимает усадьба (№49), которая связана с именем купца Федора Птицына, купившего ее в 1738 г. и позже увеличившего ее несколькими приобретениями. В 1754 г. он начал строительство каменных палат на восточной меже усадьбы - здание это сохранилось и было умело отреставрировано. На этом же участке, на самом углу Шелапутинского переулка, находится также старинное здание (возможно, 1760-х гг.), декор которого относится к 1870-м гг. В переулке сохранилось здание с декоративной обработкой псевдоготическими нишками, а позади него - торцом поставленный дом 1830-х гг. (надстроенный в советское время), в котором, вероятно, помещалась фабрика.

По соседству расположена городская усадьба (№51), главный дом которой, поставленный боком к современной красной линии улицы. находится в глубине парадного двора. Такая необычная постановка главного дома говорит о его древности, и действительно, в его составе находится каменная палата конца XVII в. (если считать с левой стороны здания - 4-я, 5-я и 6-я оси). Вообще, это протяженное здание представляет собой настоящий конгломерат разновременных строений, датируемых начиная с конца XVII и кончая второй половиной XIX вв. Большие перестройки были сделаны в середине XVIII в. богатым купцом С.П. Васильевым, тем самым, на средства которого были возведена величественная колокольня Андроникова монастыря (см. главу «Рогожская слобода»). При нем к правому торцу палат пристраивается еще одна палата (это 7-я, 8-я и 9-я оси, считая слева). Позднее усадьба переходит к купцам Пищальниковым, при которых дом еще удлиняется пристройкой справа (с восточной стороны). Современный вид дом приобретает при купце А.А. Скороспелове - он в начале 1870-х гг. пристраивает к левому торцу дома парадные лестницу и вестибюль (в тамбуре левой двери на полу выложено мозаикой «1871» - очевидно, дата окончания строительства). Следы многочисленных переделок можно видеть внутри этого здания: реставраторы сохранили фрагменты, когда-то украшавшие фасады,- барочный и псевдоготический наличники. В интерьере можно видеть следы позднего убранства дома - мраморные камины и подоконники, лепные карнизы, живописные плафоны потолков, дубовые двери.

Далее - усадьба, которая в XVIII в. также принадлежала богачу С.П. Васильеву, купившему ее по просроченной закладной у купца И.И. Медовщикова. Новый владелец выстроил в начале 1780-х гг. две каменные палаты по красной линии улицы, перешедшие после кончины Васильева к его родственнику купцу П.И. Пищальникову. Эти строения после пожара 1812 г. стояли долгое время обгорелые, пока усадьба не разделилась на две части (№№53 и 55) и на обеих частях не были построены в 1836 г. по образцовым проектам сохранившиеся доныне дома.

Далеко видны главы церкви св. Сергия, что в Рогожской, поставленной очень выгодно на на высоком холме над Яузой. Первоначально (вероятно, еще в XVI в.) тут стояла деревянная церковь «в Гонной в Рогожской ямской слободе», главный престол которой был освящен в честь св. Троицы, а придельный - во имя преподобного Сергия Радонежского.

Каменное здание церкви (Николоямская, 59) построено до 1721 г., в конце XVIII в. к нему пристроили трапезную с тосканскими портиками и скругленными углами (1796-1800 гг.; возможно авторство В.И. Баженова), после 1812 г. основную церковь перестроили и ее здание приобрело ампирные черты; существующее торжественное пятиглавие - проект архитектора Ф.М. Шестакова - появилось на здании после пожара, случившегося в 1835 г. Рядом с новым большим храмом долгое время стояла маленькая шатровая колокольня; только в 1864 г. вместо нее была выстроена существующая высокая колокольня (возможно, по проекту А.С. Каминского).

После закрытия в 1930-х гг. храм св. Сергия стоял, постепенно ветшая, несмотря на то, что его арендовал Художественный фонд РСФСР. В 1987-1988 гг. церковь отреставрировали, выполнив огромный объем работ.

За исключением высокого доходного дома в начале Николоямской улицы, построенного в 1913-1914 гг. по проекту архитектора А.Н. Маркова (перед ним стоит деревянный дом 1893 г. «крестьянки из села Озер» Н.П. Моргуновой, представительницы богатой текстильной династии), почти весь ряд домов на правой стороне старше 150 лет, а некоторые насчитывают и более 200. Все они были построены для не очень богатых владельцев - купцов и мещан. Так, дом №38 показан на плане владения купца И.И. Мухина 1817 г. (строение справа от него 1886 г.); на другом углу Большого Дровяного переулка стояло «обгоревшее строение развалившееся», как было написано в экспликации к плану 1823 г., вместо него примерно в 30-40-х гг. XIX в. был построен существующий двухэтажный дом. Дом №42 - один из самых молодых на этой стороне Николоямской улицы. Он выстроен в 1883 г. для городского училища архитектором Д.Н. Чичаговым на участке, владельцем которого был известный московский городской голова Н.А. Алексеев. Сохранился красивый навес над входом в здание.

Угловая часть дома №44 обозначена на плане 1819 г.; дом №46 был также построен в послепожарное время - им в 1822 г. владела купеческая жена Федосья Солодовникова, но в начале XX в. его перестроили. Рядом, на участке №48, по красной линии улицы находятся два дома. Правый (второй этаж его деревянный) впервые показан на плане 1831 г., а левый, пышно декорированный, был выстроен в 1890 г. Дом №50 (на правом углу Николоямского тупика) был выстроен в два этапа: часть, выходящую на улицу, возможно, возвели во второй трети XIX в., а находящуюся позади - в 1880 г. На участке №52 находятся два строения 1831 г.: правое было перестроено в 1891 г. для фабрики платков торгового дома «Н.П. Баулин с сыновьями», а левое - особняк самого владельца, в 1885 г. также значительно измененный.

На этой стороне улицы стоит одно из самых больших строений - это бывшая Рогожская полицейская часть (№54), на котором восстановлена караульная башня, где днем и ночью ходил часовой, обязанный следить за возникновением пожаров.

Искалеченное здание церкви св. Алексия, митрополита Московского, долгое время стояло недалеко от Андроньевской площади. Теперь ее с трудом медленно восстанавливают после десятков лет небрежения. Оно представляет собой незаурядный памятник эпохи московского барокко и приписывается знаменитому архитектору князю Дмитрию Ухтомскому. Церковь построена в 1748-1751 гг., ее главный престол освящен в память Федоровской иконы Богоматери. Эта икона впервые явилась в седой древности - в 1239 г. - у Костромы и стояла в соборном храме во имя св. Федора Стратилата, отчего и получила свое название, а праздник ее был установлен в память избрания на царство Михаила Федоровича Романова в 1613 г., когда его мать инокиня Марфа молилась перед иконой, поручая ей своего сына. Придельные храмы посвящены св. Николаю чудотворцу и Алексию митрополиту. По преданию, первоначально церковь была построена в память того, что на этом месте останавливался св. Сергий Радонежский, когда он приезжал наблюдать за строительством Спасо-Андроньевского монастыря..

А.М. Васнецов восхищался иконостасом Алексеевской церкви, где были иконы новгородского письма XV или XVI в., «но что замечательно в этой церкви,- писал Васнецов,- и что заслуживает исключительного внимания, так это стенопись и иконопись XVIII в.».

Николоямская улица заканчивается у Андроньевской площади небольшим домом (№62), во дворе которого с давних времен находилась пекарня и магазин знаменитого булочника Д.И. Филиппова, и еще недавно оттуда разносился соблазнительный запах свежей выпечки. Угловой дом в основе своей старый - он, вероятно, в 1798 г. был построен ямщиком А.Е. Мягковым, но с тех пор многократно перестраивался. Самая большая перестройка была в 1914 г., когда архитектор С.А. Чернавский надстроил над ним третий этаж и изменил фасад.

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".