Схема расположения московских слобод в XVII веке

Обращаясь к плану старой Москвы с нанесенными на нем обозначениями разных слобод, можно увидеть некоторые особенности в их месторасположении. Так, почти все дворцовые и казенные слободы находились за пределами Белого города; часть этих слобод отстояла даже на значительном расстоянии от Земляного вала, так как они образовались из пригородных дворцовых же сел. Наиболее густая группа названных слобод стояла в западной части Земляного города, в местности за нынешней Арбатской площадью. Будучи расположены неподалеку от Кремля, с которым их связывала Смоленская дорога-улица (позднее Воздвиженка, а ныне улица Калинина), они обслуживали колоссальное хозяйство царского двора.

Названия слобод в этой части Москвы: Столовая, Скатертная (раньше Сторожевая), Поварская, Хлебная, Конюшенная и т.п. — сами по себе говорят о роде занятий их населения. Причина, по которой ямские слободы были расположены на окраинах города, за чертой его вала, ясна. Понятна также причина, по которой ремесленные слободы, вроде Гончарной, Кузнечной и т.п., с мастерскими, применявшими огонь, в большинстве случаев тоже находились на тогдашней периферии столицы и по возможности неподалеку от воды.

Военные слободы почти все находились в черте Земляного города, у его ворот, причем, как увидим дальше, по соображениям стратегического характера большая часть их заняла Замоскворечье. Монастырские слободы располагались около монастырей, кроме слобод Чудова и Вознесенского монастырей, находившихся в Кремле. Монастыри стояли повсюду: в Китай-городе, в Белом городе, в Земляном городе и за его пределами, и обычно при них имелись слободы и слободки.

Известны слободы Алексеевского, Петровского, Савинского, Новодевичьего, Новинского, Симоновского и других монастырей. Одна слобода кремлевского Чудова монастыря стояла в районе Рождественки (ныне улица Жданова), другая работная слобода этого монастыря в XVII веке находилась неподалеку от Девичьего поля; память о ней сохранилась в названии улицы Чудовки. В начале XVII века Троице-Сергиев монастырь имел слободу в Занеглименье, за Сретенскими воротами Земляного города (за нынешней Колхозной площадью). Все патриаршие слободы лежали в Земляном городе и за его чертой. Так, патриаршая Козья слобода лежала там, где теперь Пионерские пруды (бывш. Патриаршие); память об этой слободе сохранилась в названиях Большого и Малого Козихинских переулков. Неподалеку от площади Восстания (бывш. Кудринская) находилась другая патриаршая слобода, Новинская, центром которой был Новый, или Новинский, монастырь; по соседству был устроен Конюшенный патриарший двор — рядом с ним жили конюхи, почему вся местность называлась Конюшки.

Память об этой обширной слободе, простиравшейся до Пресненских прудов, где было большое рыбное хозяйство, сохранилась в названиях Конюшковской улицы, Конюшковских и Новинских переулков. Возле нынешнего Киевского вокзала лежала патриаршая слобода рыбаков — Бережки, о которой напоминает Бережковская набережная. Против этой слободы, на левом берегу Москвы-реки, в XV веке находилось подворье Ростовского епископа с рабочими слободками вокруг; память об архиепископском подворье и его слободках сохранилась в названиях современных Ростовских переулков и набережной.

Что касается «черных» слобод, то всего лишь семь таких поселков находилось в черте Белого города, большая же часть их стояла вне его стен, а семь были расположены даже за чертой Земляного города.

Полного списка «черных» слобод и сотен в Москве для XVI века составить нельзя, однако в основном можно восстановить районы, занятые тогда «черными» посадскими людьми. Судя по названиям слобод и по документальным данным XVII века, эти территориальные объединения могут быть прослежены в виде ряда поселков от Чертолья (ныне район Кропоткинской площади) до Покровки; далее, в районе Воронцова поля (теперь улица Обуха) и Заяузья лежали группы слобод, в Замоскворечье — Ордынская сотня, Кожевническая и ряд других промысловых поселков.

В административно-полицейском отношении старая Москва разделялась на особые участки. Из летописей Софийской и Воскресенской узнаем, что они были установлены по указу Ивана III еще в 1504 году, главным образом для предупреждения пожаров.

В XVII веке Москва разделялась сначала на 12, а позднее на 17 таких участков, состоявших в ведении объезжих голов. Эти должностные лица из служилого дворянства следили за порядком, разбирали мелкие тяжбы, вели предварительное дознание касательно участковых дел, заботились о противопожарных мерах и т.п. Число и размеры участков не были постоянными, они определялись, говорит С.К. Богоявленский, текущими потребностями: «…в спокойное время число участков сокращалось и каждый участок увеличивался в размерах, а в неспокойное, «бунташное» время число участков увеличивалось и размеры их уменьшались. Только Кремль неизменно составлял один участок. Небольшой по площади Китай-город обыкновенно был также в ведении одного головы, но во время волнений разделялся Ильинкой (улица Куйбышева. — В.С.) на два участка. В Белом городе было обыкновенно 4 участка, а при нужде число их увеличивалось до 7. Земляной город с его беспокойным населением, состоявшим преимущественно из ремесленников и мелких торговцев, подвергался более частым и причудливым переделам; тут было от 7 до 11 участков».

После кремлевского участка самым важным считался Китайгородский, потому что в торговых рядах, гостиных дворах, погребах и складах Китай-города хранилась масса различных товаров, «мягкой рухляди» (мехов), заморских вин и пр. В соответствии с этим сюда всегда назначали человека опытного, обычно кого-нибудь из стольников, прикомандировывая к нему дьяка, старого подьячего, трех молодых, несколько решеточных приказчиков и 10—12 стрельцов, а иногда, вместо них, чернослободцев.

В настоящее время топографическое расположение какого-либо городского владения определяется указанием на административно-милицейский район, улицу (переулок или площадь) и номер дома. Судя по купчим XVII века, старая Москва имела тогда свои топографические обозначения, а именно: часть города по признаку его укрепленной черты (Кремль, Китай-город и т. д.), название какого-нибудь урочища (Кучково поле, Болото, Вшивая горка и т.п.), название приходской церкви и слободы. Улица, как правило, не указывалась, так как только большие улицы прочно сохраняли за собой свои названия, другие же или вовсе не имели их, или утрачивали, или меняли. Случалось даже, что в одном и том же официальном документе одна и та же улица называлась по-разному. Так, в писцовой книге Казенной слободы (где теперь Большой и Малый Казенные переулки) были описаны дворы в Дворянкине переулке, и тут же говорится, что эти дворы стоят на Винокурове улице.

Предыдущая | Оглавление | Следующая

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".