Среди нерусских слобод старой Москвы несколько особое место занимали также западноевропейские поселения. Но предварительно надо кратко сказать о торговых иноземных дворах, которые нередко смешивают с иноземческими слободами. С первой половины XVI века в Замоскворечье, около Крымского брода, где теперь Крымский мост, находился Крымский двор, просуществовавший до конца XVII века. Он представлял собой группу жилых и служебных построек, обнесенных высоким тыном. Хотя этот двор предназначался для приезда послов крымского хана, он вместе с тем служил и местом татарской торговли. С каждым ханским посольством приезжали в Москву в большом количестве и татарские купцы, торговавшие лошадьми и скупавшие в Москве меха, различные кожи, металлическую и деревянную посуду. Жили они в Москве подолгу, и потому Крымский двор стал чем-то средним между посольским подворьем и торговым двором. Существовали дворы и других восточных (армянских, ногайских) купцов, обычно приезжавших вместе с посольствами.

Во второй половине XVI века в Китай-городе (на Варварке) был устроен Английский торговый двор. Земля с каменным строением была подарена англичанам Иваном IV. Сохранилось известие, что в числе разных торговых льгот и других преимуществ англичане получили разрешение плавить на Своем дворе руду. В 30-х годах XVII века англичане устроили в Белом городе второй торговый двор, обширностью и благоустройством превосходивший старый. В те же годы в Москве основался Шведский торговый двор; память о нем сохранилась в названии Шведского тупика (на улице Станиславского). На Маросейке (ныне улице Богдана Хмельницкого) существовал Датский торговый двор, а по соседству с нынешней площадью Дзержинского — Литовский двор. Устраивались такие подворья компаниями приезжих купцов на свои средства или на средства их правительств. Иноземцы имели свои домовые церкви и вели оптовую торговлю своими товарами. На этих подворьях иногда останавливались также иностранные послы со свитой. Многолюдные западноевропейские посольства со второй половины XVII века размещались на обширном Посольском дворе, специально выстроенном для этой цели царем Алексеем Михайловичем в Китай-городе. Этот прекрасный образчик древнерусского гражданского зодчества в XVIII веке был отдан под фабрику и впоследствии разобран за ветхостью.

Появление западных европейцев в Москве относится к далекому прошлому. Несмотря на монголо-татарское иго, северо-восточная Русь не была окончательно отрезана от Западной Европы. На это в свое время указывал еще Карамзин, писавший, что мнение, будто «до времени Иоанна III она (Москва) не имела никакого сношения с Западом Европы, есть ложное. Азовские и таврические генуэзцы служили посредниками между Италией и нашим Севером». Во второй половине XIII века в Крыму и на западных берегах Кавказа возникло Много итальянских (генуэзских) факторий. Среди этих торговых колоний первое место в Крыму занимала Сугдея, или Сольдайя, по-старорусски Сурож (ныне Судак). Отсюда генуэзцы отправлялись в торговые экспедиции далеко на восток и на север. Сурож издавна был известен русским торговым людям. «Море Сурожское» (Азовское) упоминается впервые в Никоновской летописи под 1319 годом, а в 1356 году летопись отмечает приезд в Москву гостей-сурожан. Это были крымские купцы, итальянцы и греки, приехавшие (по условиям торговли того времени) на долгий срок; некоторые из них тогда же навсегда осели в Москве. Летописи, перечисляя различные группы населения Москвы, на первое место после вельможного боярства всегда ставили гостей, причем иногда вместо термина «гость» употребляли просто термин «сурожанин». В Москве образовался особый Сурожский ряд, торговавший драгоценными самоцветами и привозными тканями, преимущественно шелковыми. С течением времени слово «сурожский» видоизменилось в «суровский», и под названием «суровский товар» до недавнего времени понимались некоторые сорта материй. Сурожане, в числе которых было немало итальянцев, не составили, впрочем, особой колонии, в смысле отдельного поселка. Их было сравнительно не так уж много, все они быстро обрусели и слились с остальным населением Москвы.

Равным образом не было устроено отдельной слободы и для тех многочисленных западных мастеров, которые в конце XV века целыми группами приезжали в Москву при Иване III и жили в разных местах столицы. Относительно больших зодчих-инженеров — Аристотеля Фиораванти и Антона Фрязина известно, что они имели свои дворы внутри Кремля, у Боровицких ворот.

Относительно первой иностранной слободы в Москве узнаем из «Записок о Московии» Герберштейна. По словам этого автора, великий князь Василий III (1505— 1533 гг.) «имел около 1 500 человек пехоты из литовцев и других иностранцев, стекшихся из разных мест». Для них был устроен в Замоскворечье особый поселок, получивший название Налейки или Наливки. Герберштейн объяснял это название тем, что слово «налей» было в большом ходу у жителей этой слободы, так как им, не в пример остальным москвичам, было разрешено варить и пить пиво и мед во всякое время года. Слобода была поселком военных людей, и потому ее устроили по соседству с Крымским бродом, то есть тем местом Москвы, которое было наиболее опасным в отношении татарских набегов. Судя по надгробным плитам, найденным в 1823 году около Серпуховской заставы, здесь, неподалеку от слободы Налейка, находилось первое в Москве иноземное кладбище; немецкие, итальянские, английские и латинские надгробные надписи относятся преимущественно ко второй половине XVI века. Прямых известий о дальнейшей судьбе этой слободы не имеется, но можно полагать, что она погибла в 1571 году во время великого пожара при нашествии хана Девлет-Гирея.

В связи с Ливонской войной (1558—1583 гг.) при Иване Грозном возник другой поселок западных иноземцев, на Болвановке за Яузой. Ядро его составили шотландцы, наемные солдаты, приведенные в Москву в 1574 году в качестве военнопленных и принятые царем на русскую службу. Эта слобода просуществовала очень недолго. Иноземцы, населявшие ее, были люди военные, они постоянно находились в походе, несли гарнизонную службу в пограничных городах и потому не могли прикрепляться к своей слободе. А между тем число западных иноземцев в Москве при Грозном все увеличивалось за счет пленных, которых выводили из Ливонии. Только в 1564 году их было выведено 3 тысячи человек. Кроме них, немало было мастеров различных профессий. Для западных иноземцев устроили новую слободу на правом берегу Яузы. Этот поселок получил название Немецкой слободы. Она была расположена между Яузой и ручьем Кокуем, притоком реки Чечоры, и долго называлась Кукуем и Кокуем. Для содержания слободы ее жителям была разрешена продажа вина, пива и других напитков. Помимо этого, слобожане занимались некоторыми ремеслами и промышляли мукомольным делом, для чего, запрудив Яузу, поставили на ней мельницы.

Предыдущая | Оглавление | Следующая

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".