Москва

Дорогомилово. Бережки

«Дорого, да мило!» – таким восклицанием объясняли название местности на правом берегу Москвы-реки около одноименной улицы сразу за Бородинским мостом – выразительный пример народной этимологии, т.е. толкования происхождения слов исходя из случайного внешнего сходства. Историк И.М. Снегирев писал в XIX веке, что эта местность могла быть связана с новгородскими или псковскими воеводами, судя по повествованию летописи о гибели в битве некоего Жирослава Дорогомиловича в 1263 г. Один из крупнейших москвоведов П.В. Сытин дал следующее объяснение: «Местность же эта называлась, надо полагать, по владельцу в XIII – начале XIV в. боярину Ивану Дорогомилову, приближенному сына Александра Невского, получившему от него указанную местность в вотчину».

Ранее так называлось урочище, расположенное на другом, левом, берегу Москвы-реки, на вершине холма над рекой в районе теперешних Ростовских переулков, где, по мнению историка И.Е. Забелина, в XIII–XIV вв. находилось одно из сел, окружавших небольшой укрепленный городок Москву. Местность же на правом берегу Москвы-реки стала называться Дорогомиловым, возможно, после перемещения туда Смоленской дороги, ранее шедшей от Смоленских ворот Земляного города круто на юг, по трассе современной улицы Плющихи, мимо Новодевичьего монастыря и через Сетуньскую переправу.

В конце XVI в. по обеим сторонам Большой Дорогомиловской улицы, где Борис Годунов поселил ямщиков, образовалась ямская извозчичья слобода. В 1638 г. в слободе насчитывалось 74 двора, а в 1653 г. – 87 дворов.

Путь из Москвы на запад проходил через Москву-реку по Дорогомиловскому мосту, который долгое время был «живым», т.е. составленным из скрепленных между собой бревен, положенных на воду. По Дорогомиловскому мосту торжественно въезжала будущая московская царица Марина Мнишек, для встречи которой были сооружены первые в Москве триумфальные ворота. Мост переустроили в 1787-1788 гг., изложив по нему деревянную мостовую,– длиной он был более 180 м, а шириной 8,5 м.

По этому мосту 2 сентября 1812 г. прошли русские войска, покидавшие город по решению военного совета, состоявшегося за день до того в подмосковном селе Фили. «Пока будет существовать армия и пока она сохранит возможность противиться неприятелю, скачал на совете Кутузов,– до тех пор остается надежда окончить успешно войну; напротив того, по уничтожении армии не только Москва но и Россия потеряна».

Войска в полном порядке и в тишине покидали Москву. «Глубокая печаль написана была на лицах воинов, и казалось, что каждый их них питал в сердце мщение за обиду, как бы лично ему причиненную».

Наполеон остановился перед Москвой на Поклонной горе по Смоленскому тракту – перед ним расстилался волшебный город, более похожий на видение из восточной сказки, горящий тысячами золотых куполов, полный несметных богатств – долгожданная цель его похода, стоившая многих десятков тысяч жизней. «Так вот он, наконец, этот знаменитый город! – воскликнул Наполеон. – Давно пора!»

«Все сбежались в торопливом беспорядке, целая армия, хлопая в ладоши, повторяла с восторгом: «Москва! Москва!». Восторгу французов не было предела... От одного солнечного луча этот великолепный город сверкал тысячью переливающихся цветов. При виде его путешественник, точно зачарованный, останавливался в ослеплении. Москва напоминала ему те сказки восточных поэтов, которыми он развлекался в детстве»,– писал французский генерал Ф.П. Сепор.

Так и не дождавшись делегации «бояр» с ключами от города, Наполеон приказал армии войти в город; полки прошли по тому же Дорогомиловскому мосту.

Название «Бородинский» он получил значительно позже, в дни празднования 25-летия битвы под Бородином. В 1868 г. вместо деревянного моста построили металлический по проекту инженера В.К. Шпейера (открытый 17 марта 1868 г.), а к столетии) Бородинской битвы заменили его мостом инженера Н.И. Осколкова и архитектора Р.И. Клейна, который придал оформлению мемориальный характер: на обелисках были помещены имена героев Отечественной войны, поставлены колоннады в память триумфальной победы русских войск над Наполеоном. После переустройства моста и 1951–1953 гг. (его расширили и устроили под ним проезды по набережной) там же поставили изображения ордена Кутузова, учрежденного во время Великой Отечественной войны, и мемориальные доски с именами русских военачальников и партизан.

Дорогомилово было долгое время – несколько столетий – весьма слабо застроено: еще на планах конца XVIII и начала XIX в. застройка показана лишь вдоль главной улицы – Большой Дорогомиловской – и южнее на месте Бережковской слободы. По словам очевидца, относящимся к концу XIX в., в ямской Дорогомиловской слободе, «так же, как и в других таких слободах были постоялые дворы, подворья, трактиры, лавки, торгующие шорным товаром, платьем, шапками, сапогами и другим товаром, необходимым в быту ямщиков и «гужевых» извозчиков. Были и кабаки, как и везде в таких слободах, шумные, бурливые...». О нравах обитателей можно судить, к примеру, по сообщению газеты «Московский листок» о полете воздушного шара аэронавта Жана Овербейка, поднявшегося 11 сентября 1905 г. в Зоологическому саду: «Погода была чудная, и полет был очень удачный. Но беда в том, что г. Овербейк спустился в Дорогомилове, где пьяная безобразная толпа окружила аэронавта, и его шар буквально разорвали на клочки».

В конце XVIII в. сразу за Дорогомиловским мостом стояли деревянные казенные торговые бани, потом шла Большая Дорогомиловская улица, подходившая к заставе Камер-Коллежского вала. Поблизости от нее после чумы 1770–1771 гт. устроили кладбище, где возвели деревянную церковь. Возможно, в 1839 г. ее заменили каменной: главный престол был освящен во имя Спаса Нерукотворного Образа, а приделы – во имя преподобной Елизаветы и иконы Владимирской Божьей Матери, в день праздника которой и произошло Бородинское сражение. К сожалению, не найдено изображения этой церкви, но по словам историка московских церквей М.И. Александровского, она была в стиле ампир – «очень изящна была часть ограды, выходившая к улице, с треугольными воротами и двумя круглыми ампирными часовенками». Церковь сломали в 1948 г. В братской могиле на кладбище были похоронены 300 воинов, погибших в Бородинской битве. Над их могилой мануфактур-советником Прохоровым в 1849 г. был сооружен памятник, который в советское время заменили обелиском, переставленным в 1950-х гг. к Бородинской панораме на Кутузовском проспекте. Там же на кладбище находились могилы медика В.М. Котельницкого, профессоров Московского университета Г. И. Сокольского, Л. А. Цветаева, Н.А. Бекетова, историков П.В. Шереметевского, Н.Н. Ардашева, В.К. Трутовского, профессора анатомии Д.Н. Зернова, основательницы Кружка любителей русской музыки М.С. Керзиной, педагога В.П. Вахтерова, математика, директора реального училища К.К. Мазинга.

Западнее православного по просьбе белорусских евреев, живших тогда в Москве, устроили в 1788 г. еврейские кладбище, на котором в 1900 г. был похоронен художник И.И. Левитан, в 1907 г. публицист Г.Б. Иоллос; там же находились захоронения Понизовских, Высотских, Слиозбергов.

Теперь же на месте кладбищ плотная жилая застройка, в основном 1950–1970-х гг., в частности помпезно украшенный дом №26 по Кутузовскому проспекту, где жили генеральные секретари коммунистической партии Л.И. Брежнев и Ю.В. Андропов. Но если последнему мемориальная доска сохранилась, то брежневская уже исчезла, а жаль...

Приходской церковью дорогомиловских ямщиков была Богоявленская, стоявшая на главной улице слободы. Она впервые упоминается в документах в 1625 г., но существовала и раньше. В XVIII в. деревянная церковь неоднократно перестраивалась, каменное ее здание было возведено, очевидно, к 1727 г.. Во второй половине XIX в. церковь стала тесной для большого прихода, и в 1868 г. в ней устроили придельные храмы во имя преподобного Сергия и святого Тихона Задонского, а через восемь лет архитектор Н. В. Никитин выстроил высокую многоярусную колокольню. Тогда ревнители старины скорбели об утрате старинной колокольни, печатали возмущенные письма и сообщали о потере ее в заметке под заголовком «Археологический синодик»: «...исчезла колокольня изящной и своеобразной архитектуры, по-видимому XVI века. Весьма жаль, если перед сломкою не сняли с нее даже фотографию...»

В самом конце XIX в. старая церковь стала уже совсем мала для значительно увеличившегося прихода, и причт при поддержке прихожан и доброхотных жертвователей (было собрано более 150 тысяч рублей) задумал строительство новой, значительно большей церкви. В 1898 г. Священный Синод разрешил постройку, и 25 сентября была произведена закладка здания, проект которого принадлежал архитектору В. Г. Сретенскому. Через три года водрузили крест, но отделка интерьеров длилась очень долго: так, главный престол освятили в 1908 г., а последний придельный, пятый по счету, храм – в 1910 г. Новая церковь была пристроена со стороны апсид к старой, которая таким образом превратилась как бы в трапезную. Храм действительно был большим – длина его составляла более 30 саженей, ширина 23 сажени, и он вмещал более 10 тысяч молящихся, и был вторым по величине храмом города после храма Христа Спасителя. Внутри он был роскошно отделан, сияли паникадила и новая роспись стен, блистал прекрасный иконостас.

После переворота октября 1917 г. Богоявленская церковь стала патриаршим кафедральным собором. В 1931 г. в нем был рукоположен в сан иеродиакона монах Пимен, будущий патриарх. В 1938 г. Богоявленскую церковь сломали и построили жилой дом, стоящий на углу Большой Дорогомиловской и 2-й Брянской улиц (№1).

Большая Дорогомиловская улица за 1960–1980-е гг. сильно перестроена; на ней не осталось старых строений – невидных двухэтажных домиков. В современном доме №4 в 1956–1973 гг. жил художник Н. Н. Жуков, №9 – кинорежиссер М.К. Калатозов.

Большая Дорогомиловская соединяется в районе бывшей заставы Камер-Коллежского вала с вновь проложенным отрезком Кутузовского проспекта; на их развилке в 1977 г. поставили один из неудачных памятников Москвы – обелиск в честь присвоения столице звания «Город-герой», прозванный «зубилом», настолько форма его похожа на этот инструмент (скульптор А.Д. Щербаков, архитекторы Г.А. Захаров, З.С. Чернышева).

Кутузовский проспект начинается от моста (проект инженеров М.С. Руденко, С.Я. Терехина и др.), выстроенного в 1957 г. перед прокладкой Новоарбатского проспекта.

У моста возвышается гостиница «Украина», 34-этажное здание высотой 170 м (а со шпилем – все 200), возведенное в числе семи московских высотных зданий. Гостиница (проект архитектора А. Г. Мордвинова и инженера П.А. Красильникова), имеющая более 1000 номеров на 1627 постояльцев, открылась весной 1957 г. В жилых домах, выходящих на Кутузовский проспект и составляющих часть комплекса «Украины», жили кинорежиссеры С. А. Герасимов и С.Д. Васильев, невропатолог Н.К. Боголепов, писатель Л.С. Соболев. Напротив, на левой стороне проспекта – однообразные безликие жилые дома, в одном из которых (№1/7) жил поэт, главный редактор журнала «Новый мир» А.Т. Твардовский, в доме №5 – кинооператор Э.К. Тиссэ, снявший такие фильмы, как «Броненосец Потемкин», «Александр Невский» и «Иван Грозный», в доме №9 – талантливый пейзажист Я.Д. Роман.

Перед гостиницей стоит памятник Тарасу Шевченко (1964 г., скульпторы М.Я. Грицюк, Ю.Л. Синькевич, А.С. Фуженко), на постаменте которого высечены слова из его поэтического завещания:

И меня в семье великой,
В семье вольной, новой
Не забудьте – помяните
Добрым тихим словом.

Т.Г. Шевченко посетил Москву уже на склоне лет. Он приехал 10 марта 1858 г. и, проведя ночь в гостинице, поселился у своего давнего друга актера Малого театра М.С. Щепкина, который тогда снимал дом некоей Щепотьевой в Воротниковском переулке (№12). Щепкин познакомил украинского поэта со многими московскими литераторами, художниками, артистами. 22 марта Шевченко записал в дневнике: «Радостнейший из радостных дней! Сегодня я видел человека, которого не надеялся увидеть в теперешнее свое пребывание в Москве. Человек этот – Сергей Тимофеевич Аксаков!»

Т.Г. Шевченко уехал из Москвы рано утром 26 марта: «В Москве более всего радовало меня то, что я встретил в просвещенных москвичах самое теплое радушие лично ко мне и непритворное сочувствие к моей поэзии». По имени великого украинского поэта называется расположенная рядом набережная, которая была застроена в 1950-х гг. В доме №3 в 1958–1968 гг. жил художник В.А. Серов, в 1968–1978 гг. – кинорежиссер Л.А. Шепитько.

Дом рядом с Бородинским мостом (№1/2) был построен в 1952 г. по проекту архитекторов З.М. Розенфельда и А.Б. Гуркова.

За небоскребом гостиницы «Украина» в глубине квартала расположен пивоваренный завод имени А.Е. Бадаева. Он был основан в 1875 г. и назывался Трехгорным пивоваренным заводом. На Всероссийской промышленно-художественной выставке 1882 г. он получил высшую награду – право изображать государственный герб на своих изделиях. В отзыве экспертов выставки отмечалось, что «завод Трехгорного товарищества должен быть поставлен на первое место между всеми московскими пивоваренными заводами по образцовому во всех деталях устройству и применению всех новейших усовершенствований в пивоваренном деле, как например, механической солодовни», и что Трехгорный завод «ведет дело на строго научных основах». Тогда на заводе находилось 314 бродильных чанов, работало два паровых двигателя, единственный в России механический солодорастительный аппарат. Со временем производство все более и более расширялось, и в конце XIX в. Трехгорный завод стал самым большим пивоваренным предприятием в Москве. Он прочно удерживал первенство и в дальнейшем.

Со времени своего основания Трехгорный завод, как и многие другие московские предприятия, обстраивался живописными зданиями, в которых широко применялся декор русской архитектуры XVII в., многообъемность, полихромия отделки. На заводе строил Р.И. Клейн, создавший такие незаурядные образцы промышленной архитектуры, как, например, цехи розлива и экспедиции (1910 г.).

Теперь живописные заводские строения скрыты за поздней застройкой, высоким заводским забором и разросшимися деревьями к заводу можно пройти от Кутузовского проспекта через двор домов №6–10.

Теперь выйдем к площади, где находится здание Киевского вокзала (до 1934 г. он назывался Брянским) – самое представительное на ней, развернутое парадным триумфальным фасадом к городу. Это один из самых красивых вокзалов столицы, выстроенный в 1914–1917 гг. по проекту И.И. Рерберга и В.К. Олтаржевского вместо небольшого деревянного здания, появившегося здесь в 1899 г. Поезда, приходящие с юго-западного направления, подходят к вокзалу под параболическое покрытие над подъездными путями (высота его 28 м, ширина пролета 46 м), спроектированное инженером В. Г. Шуховым (оно было модернизировано и увеличено перед Олимпиадой 1980 г.). Далеко видна часовая башня высотой 51 м, поставленная асимметрично зданию вокзала. Она украшена выразительными скульптурами орлов с распростертыми крыльями, так напоминающими тех. которые стоят на памятниках Бородинского поля. Фигуры на здании вокзала, олицетворяющие промышленность и сельское хозяйство юга, были сделаны из нового тогда материала – бетона – молодым скульптором С.С. Алешиным.

В 1940–1945 гг. архитектор Д.Н. Чечулин как-то прилепил с правого бока вокзала совершенно чуждую его архитектуре пристройку' для пригородных касс и вестибюля метро. Метро пришло к Киевскому вокзалу в 1937 г. – это была вторая линия с одной из самых лучших станций, проект которой принадлежал тому же Чечулину. Неплохой наземный вестибюль разрушили совсем недавно – надо сказать, без видимой причины. Под землей находятся еще две станции под тем же названием «Киевская» – одна на Кольцевой линии, декорированная «украинскими» мотивами (1954 г., авторы Е. Катонин, В. Скугарев. Г. Голубов, мозаики художника А. Мизина), а другая – на Арбатско-Покровской (1953 г., Л. Лилье и др.). Такое количество станции образовалось из-за того, что в годы сталинщины решили, как говорят, устроить персональный подземный выезд для диктатора из Кремля на его ближнюю подмосковную дачу и для этого использовать часть старого Радиуса метро, но диктатор умер, и вся затея была оставлена.

Перед зданием вокзала большая площадь с чахлым сквериком, где когда-то предполагалось воздвигнуть памятник в честь 300-летия воссоединения России и Украины – до сих пор там стоит закладной камень. Однако значительно более интересное сооружение находится рядом – это фонтан работы бельгийского скульптора Оливье Стребеля, поставленный в «знак укрепления дружбы и единства» и открытый в сентябре 2002 г. Называется он, как следует из надписи на стеле, стоящей рядом, «Похищение Европы», но при виде извивающихся металлических лент никак не придет в голову сопоставить их с известным греческим мифом, воодушевлявшим многих художников – Рафаэля, Тициана, Рембрандта, Лоррена, Гвидо Рени, Джордано. Хорошо известна выразительная картина Валентина Серова: мощный бык, на спине которого сидит испуганная девушка, рассекает морские волны. Миф повествует о похищении Зевсом красавицы Европы, дочери финикийского царя, явившемся ей в виде могучего быка с золотыми рогами. Он унес ее на спине, переплыв через море на Крит, где она стала матерью его трех сыновей.

Как ни относиться к этому странноватому сплетению змеевидных лент, надо сказать, что фонтан является незаурядным гидро- и светотехническим сооружением: он подсвечивается тысячами светодиодов, сравнительно новыми источниками, потребляющими мало энергии, и в темное время суток представляет собой впечатляющее зрелище.

На площади между вокзалом и Большой Дорогомиловской улицей стояло невидное здание, славное своей историей: в нем находилась одна из первых русских кинофабрик И. Ермолова. Теперь тут строится большой торговый центр.

На площади Киевского вокзала на левый берег Москвы-реки перекинут пешеходный мост, который когда-то был железнодорожным и стоял ниже по течению на линии Окружной железной дороги. Передвижка его была сложнейшей технической операцией: многотонную арку моста подвели под полузатопленные баржи, выкачали из них воду и 31 августа 2000 г. несколько буксиров начали транспортировку ее на расстояние около 2 км в створ площади.

В июле 1991 г. на площади закончили строительство современной и дорогой гостиницы, получившей название «Рэдиссон-Славянская». Первый компонент названия означает имя фирмы, управляющей гостиницей. Ее скучноватое здание в скором времени будет изменено – появится надстройка, где поместят элитные номера.

От нее начинается Бережковская набережная, протянувшаяся до Краснолужского моста Окружной железной дороги. Тут, на правом берегу Москвы-реки, на Красном лугу находилась небольшая патриаршая слобода рыбаков с их скромной приходской церковью, которая так и называлась – «что на Бережках в Рыбной слободе» или «что в Патриаршей домовой Бережковской слободе под Дорогомиловым». В 1703 г. в слободе была построена церковь с главным престолом во имя Тихвинской иконы Богоматери и придельным храмом святителя Николая, но деревянное ее здание прихожане вскоре задумали заменить каменным и в 1718 г. получили разрешение владельца слободы – Патриаршего приказа. Однако тогда по всей стране, кроме Петербурга, каменное строительство было запрещено, и только к концу 1734 г. удалось построить и тогда же освятить Никольский придел, а основной престол – Тихвинской иконы Божьей матери в марте 1746 г. В церкви находилось несколько икон XVIII в. Храм был сломан в 1960-х гг.

По набережной стоят несколько жилых домов, в частности большой жилой дом №12, построенный в 1955 г. по проекту И.Н. Кастель и Т.Г. Заикина, один из типовых жилых домов, строившихся в 1939 г. из заранее изготовленных блоков (проект А.В. Бурова), а также здания теплоцентрали, построенное в 1930-х гг., патентной библиотеки (№24), архива Российской Федерации (№26) и института патентной экспертизы (№30). На территории Дорогомиловского химического завода, почти у моста Окружной железной дороги, находится заводской клуб, выстроенный архитектором К. С. Мельниковым в 1927–1929 гг. (Бережковская набережная, 28).

Мост Окружной железной дороги и трасса третьего автомобильного кольца отделяет Бережковскую набережную от продолжающего ее Воробьевского шоссе, поднимающегося на крутой холм, где когда-то стояли избы деревни Потылихи, и далее к селу Троицкому-Голенищеву, известному с XIV в. В селе, которое было загородным патриаршим, стоит прекрасная церковь, выстроенная в 1644–1645 гг. зодчими Ларионом Ушаковым и Антипом Константиновым при патриархе Иосифе.

Перед мостом Окружной дороги расстилался обширный Красный луг, по которому мост и называется Краснолужским. Необходимость в постройке Окружной железной дороги выявилась тогда, когда на окраинах города возникло много промышленных предприятий, к которым надо было подвозить топливо и сырье и увозить готовую продукцию. Но основное ее назначение заключалось в том, чтобы соединить между собой все 11 магистральных железнодорожных путей, подходящих к Москве, для переброски грузов с одного направления на другое. Окружная дорога была построена в 1903–1908 гг., и на ней сначала, кроме грузового, было и пассажирское сообщение, по дороге устраивались даже экскурсий, но в последующем она стала чисто грузовой. Протяженность основных путей Окружной дороги составляет 54 км, но с учетом подъездных и дополнительных веток Длина превышает 145 км. Станции Окружной дороги находятся, как правило, в путанице железнодорожных путей среди непритязательных складских и производственных сооружений и мало известны даже знатокам города. Однако они достойны того, чтобы о них знали больше, ибо представляют собой незаурядные произведения промышленной архитектуры.

Как и его близнец, Андреевский около Нескучного сада, Краснолужский мост, на башнях которого высечены даты начала и окончания строительства – «1905» и «1907»,– не только великолепный пример воплощения технической мысли, но и совершенное произведение искусства, настолько тесно в нем слились требования целесообразности и эстетики. Краснолужский мост состоит из арки пролетом 134 м, опирающейся на мощные устои. «Все части архитектурной композиции находятся в стройном соответствии,– пишет специалист по архитектуре мостов Б.М. Надежин. – Монументальными каменными устоями с башнями зрительно уравновешен и подчеркнут динамичный полет легкой конструкции металлической арки. Именно эти мосты, как никакие другие, отвечают образу известной поэтической строки «мосты повисли над водами»».

Автором проекта обоих мостов был знаменитый мостостроитель Лавр Дмитриевич Проскуряков, разработавший новые фермы, написавший популярный учебник по строительной механике, построивший много великолепных мостов в России (один из них – через Енисей – получил золотую медаль на Всемирной выставке 1900 г.), которые так и прозвали «проскуряковскими». Архитектура мостов принадлежит известному мастеру Александру Никаноровичу Померанцеву, автору одного из самых грандиозных пассажей в Европе – Верхних торговых рядов в Москве, а также выставочных павильонов в Нижнем Новгороде, великолепных соборов в Софии (Болгария) и в Москве. А. Н. Померанцев умело совместил легкие очертания железных конструкций моста с мощными формами береговых устоев и проездов.

При их реконструкции в 1954–1956 гг., когда пришлось значительно увеличить береговые пролеты, бережно сохранили внешний вид памятных сооружений.

Посмотрите также:

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".