Москва – сердце России

I. Основание Москвы и Юрий Долгорукий

Семь с половиною столетий тому назад Москва-река, при обилии лесов многоводная и судоходная, представляла собой место, где в живом соприкосновении сходилось и сплеталось очень многое. Начало этой реки, выше Можайска, находилось в Смоленском княжестве, тянувшем по Днепру к Южной Руси, а по Двине – к Западу, к Балтийскому морю; устье Москвы при впадении ее в Оку принадлежало Рязанско-Муромскому княжеству, тянувшемуся к Волге. Целая сеть рек делала это место очень бойким для соприкосновения с другими княжествами пунктами, где сходились пути и в Новгород, и в Киев, и во Владимир, и в Смоленск. Н.П. Барсов в своей «Русской исторической географии» говорит: «Для связи с областью Москвы-реки, верхней Оки и через нее Угры, составлявшей путь из верхнего (Чернигово-Северского) Поднепровья, служила Лопасня, сближающаяся с притоком Москвы – Пахрой (на границах нынешних Подольского и Серпуховского уездов) и – еще более – Протвой, которая своими верховьями подходит непосредственно к Москве-реке (в Можайском уезде). Здесь мы видим в первой половине XII в. старинные поселения "Вышегород" и "Лобыньск"». С другой стороны, Москва-река связывалась с верхним Поволжьем своими правыми притоками Рузой и Ламой вместе с Шошей, вливающейся в Волгу. Здесь располагался известный Волок-Ламский. В область Клязьмы шли пути по Сходне, впадающей в Москву-реку выше столицы, и по Яузе, которая по обилию воды была совсем не та, что ныне.

Понятно, что здесь был узел бойких перекрещивающихся военных и торговых дорог из Новгорода, Смоленска, Чернигова с Киевом, Ростова с Суздалем. Здесь с незапамятных времен были не только поселения финской мери, о чем свидетельствуют недавно открытые в Москве остатки языческих городищ и разные предметы доисторического быта, но и славянские селения. При постройке Большого Кремлевского дворца были найдены серебряные обручи (кольца) и серьги, а на месте храма Христа Спасителя – древние арабские монеты, из коих одна датируется 862 г. Здесь, по всей вероятности, бывали св. Владимир, построивший свой город на Клязьме, Борис, княживший в Ростове, Глеб – в Муроме, и Ярослав Мудрый, основатель Ярославля на Волге, когда они ехали оттуда на юго-запад в Киев, а не в Новгород. Несомненно, что посещал эти места и Владимир Всеволодович Мономах, несколько рая садивший в Ростовскую землю и строивший там храмы. Но когда он отдал в удел Владимиро-Суздальскую землю своему сыну Юрию Владимировичу Долгорукому, мы уже видим на Москве-реке целый ряд сел, принадлежащих его старшему дружиннику первого ранга (говорят, даже тысяцкому), боярину Кучке. Здесь, при этом вотчиннике, конечно, все было: и большие поселения, и храмы, и боярские хоромы: не было только города как крепости, как военно-княжеского пункта. Но, несомненно, основатель отдельного Суздальского княжества не мог не основать здесь города как именно стратегического пограничного пункта – на рубеже стольких уделов, в пору их наибольшего столкновения из-за Киева, при начале усобицы с Изяславом Мстиславичем. Этому вполне соответствует тот факт, что новый город в 1147 г. сделался местом важного съезда вышеназванных князей – ратных союзников, где они сговорились «жить в любви и единстве до конца живота, иметь одних друзей и врагов и сообща стеречься от недругов». И крепость главными своими сторонами была обращена на юг и запад. Она была заложена на холме, там, где оканчивалось взводное судоходство Москвы-реки и началось сплавное, где река, выше устья Неглинной, образует пороги. Только впоследствии, когда Москва разрослась, для защиты ее была построена другая крепость – Китай-город, а потом Белый город и круговое земляное укрепление, охватывавшее город со всех сторон.

Об основании же Москвы летописное предание говорит, что «Юрий, казнив Кучка, взыде на гору и обозре очима своими семо и овамо, по об стороны Москвы-реки и Неглинной, возлюби села оные (Степана Кучка. – В.Н.) и повелел сделати там древян град». Что же именно построил Юрий Владимирович в Москве? Древнейший храм Иоанна Предтечи под Бором и церковь Спаса на Бору, который (бор. – Ред.) тянулся из Кремля от Боровицких ворот через Китай-город на нынешнюю Лубянку, на далекое пространство, построены были уже после смерти Юрия. Но, несомненно, сооружением основателя Москвы были деревянные стены Кремля, за коими могли находить себе защиту крестьяне сел Кучковых и новые поселенцы. Однако эти стены были даже не дубовыми, потому что таковые, по летописному сказанию, построил Иван Калита. Более чем вероятно, что основатель Москвы построил в Кремле и княжий двор с соответственными строениями, где в 1147 г. у него гостили князья, где можно было дать названный выше «сильный» обед и где жила княжья дружина. Сомнения нет, что, известный храмоздательством по другим городам, Юрий построил хотя бы одну церковь в Москве; так, в основанном им же через пять лет после Москвы (в 1152 г.), Переяславле-Залесском (в замену киевского Переяславля) он построил каменную церковь Спаса и обнес ее земляным валом с деревянными башнями и воротами в них – Спасскими, Никольскими, Рождественскими. В том же 1152 г. в основанном им Городце на Волге он строит храм Архангела Михаила и делает земляной вал с глубоким рвом. В построенном Юрьеве-Польском он создал «церковь каменну» во имя Спаса и другую – св. Георгия. В Дмитрове, также основанном Юрием Долгоруким, первоначальное укрепление состояло из рва, наполненного водой, земляного вала и еще двойной стены с 12 башнями. Нечто подобное построил Юрий и на Москве-реке.

Предыдущая | Оглавление | Следующая

 

Порекомендуйте эту страницу своим знакомым. Просто нажмите на кнопку "g+1".